Самое тихое интервью: как общаются и о чем мечтают слабослышащие люди

Самое тихое интервью: как общаются и о чем мечтают слабослышащие люди

Автор:

Общество, Местные новости

Часто мы избегаем людей с ограниченными возможностями здоровья. Стесняемся, боимся обидеть, не знаем, как правильно с ними говорить. Особенно если именно речь – их слабое место.

Тэги: Интересные люди, общество

Танцы в тишине

С Ириной Однораловой я познакомилась в поезде. Она и еще несколько человек ехали в Бийск, выступать на концерте. Бойко переговаривались... на жестовом языке. Я мечтала о новом платье и набрасывала варианты фасонов в блокноте. «Я тоже шью», – послышался рядом тихий скрипучий голос. И моя попутчица стала доставать из сумки концертные платья и шляпки, показывать фотографии в телефоне, учить меня жестовой азбуке...

Я и не подозревала, что люди с таким недугом могут быть настолько общительными. Позже я стала встречать Ирину в музее, на городских праздниках, и что самое удивительное – на танцплощадках в стиле ретро. Женщина почти не слышит, но ты ни за что не догадаешься об этом, глядя на то, как она танцует.

Чтобы что-то спросить, я подхожу близко, четко артикулирую. Неосознанно снижаю громкость – меня ведь все равно не слышат, так зачем кричать? Я не знаю, что из этого помогает пониманию моих слов. Собеседница тоже повторяет каждую фразу по нескольку раз, беззвучно шевеля губами и с трудом выдавая лишь пару слов вслух, время от времени хватается за блокнот.

Разговор идет медленно. Но переводить его в письменный вид – слишком просто и как-то нечестно. Хочется общаться по-настоящему, вживую, глазами, руками, пользуясь остатками речевого мостика, соединяющего нас. Внутри бурлит море невысказанного.

Урок общения

Юлия Акишева (на фото) потеряла слух в раннем детстве. Сейчас правое ухо не слышит совсем, а левое различает громкие звуки: шум машин, разборчивую речь. Потому на улице разговаривать тяжело, а вот в тихом помещении особенность Юлии почти не мешает – разве что говорит она с явными дефектами, нечетко проговаривая часть звуков.

Юлия Владимировна – педагог, руководитель художественной студии в семейном центре «Киндерфест». На первых уроках детям объясняют, как общаться с преподавателем, ведь доносить информацию до здоровых учеников Юлии непросто. Работать со слабослышащими в этом плане ей легче – все необходимое объясняется на жестовом языке.

- Когда мы разговариваем с детьми, я недослышу их, – делится педагог. – Они стараются громче говорить. Взрослые часто берут переводчика. Иногда бывает, на листочке пишут. Если человек говорит четко, то я читаю по губам.

- Я говорю понятно?

- Да, но тихо. Желательно говорить погромче.

- Есть люди, которые хотят идти на контакт со слабослышащими, но не знают, как это делать, – включается в разговор Елена Киндеркнехт, младшая сестра Юлии. – Нужно смотреть человеку в глаза, не отворачиваться, говорить громче, неторопливо, но и не тянуть фразы. Более эмоционально. Ведь люди, которые не слышат, настолько эмоциональны! Каждое слово они передают не только жестами, но и мимикой – вы, наверное, замечали это.

Действительно, хотя Юлия объясняется короткими сухими предложениями, она много жестикулирует, а все недосказанное можно прочитать во взгляде. И ты сразу начинаешь замечать за собой многочисленные слова-паразиты (они же не несут смысловой нагрузки, а собеседнице приходится их распознавать!), пытаешься излагать мысль проще. Получается это не сразу. Если Юлия не понимает моих слов, это тут же отражается в выражении ее глаз, и Елена перефразирует мою речь для сестры.

Главное – в душе

Елена и Юлия всегда были очень близки. Хотя старшая сестра училась в специализированной школе в Озёрках и с младшей виделась всего два раза в неделю да на каникулах, все это время они проводили вместе. Юлия общалась с друзьями Елены, а та осваивала жестовый язык, чтобы разговаривать с особенными друзьями сестры и чтобы незаметно для окружающих обсуждать с Юлией свои секреты.

- Сейчас люди очень доброжелательны к любой категории граждан, – отмечает Елена, – а когда мы были подростками, к инвалидам относились с пренебрежением, меня это сильно задевало. Я частенько сама прикидывалась глухонемой. Сидим в автобусе, разговариваем на жестовом языке, окружающим кажется, что мы их не слышим, и они позволяют себе какие-то насмешки. И, конечно, они всегда удивлялись, когда я отвечала на их фразы в нашу сторону.

Елена не владеет языком глухонемых в совершенстве – ей хватает минимального набора жестов. Кстати, как отмечает Юлия Акишева, в последнее время все больше барнаульской молодежи желает учиться жестовому языку.

- Сложно слышащим людям выучить жестовый язык?

- Если желание есть, то можно быстро его выучить, – считает Юлия. – Главное, чтобы в душе была способность понять, как чувствует себя неслышащий человек. Можно выучить, например, только жестовый алфавит, но на нем говорить очень медленно. Это неудобно, но понять можно.

В планах семейного центра, где работает Юлия, – учить детей жестовому пению. Сама педагог, помимо живописи, давно увлекается таким видом творчества. «А если бы полноценно слышала, то я бы пела и танцевала,  – добавляет Юлия. – Моя мечта – стать певицей».

- А хотелось бы написать книгу о своей жизни?Международный день инвалидов

Моя собеседница задумывается.

- Можно, но переводчика надо. Обсуждать, как правильно написать, с этим придется много работать. Слышащие люди знают больше слов. Я часто встречаюсь с незнакомыми, непонятными словами, прошу сестру, чтобы она мне объяснила их значение.

Фото из архива Юлии Акишевой.

Система Orphus


 

Комментарии не принимаются

Новости дня