В барнаульском школьном музее «Наследие» хранятся воспоминания ветеранов, тружеников тыла и детей войны

Март 20 15:13 2020

В кружке «Родословие» в школе № 125, руководителем которого является Галина Белоглазова, дети учатся писать семейные истории, работать с архивом и собирать материалы о героическом прошлом. И каждая история впечатляет по-своему.

Школьники с интересом окунулись в изучение жизни барнаульцев во время войны.
Фото предоставлено школой № 125

Картошка со шкварками

— Уходят из жизни свидетели событий военного времени. И в наших силах успеть записать их воспоминания, сохранить и сделать доступными для изучения. К примеру, после изучения нескольких дневниковых записей мне стало интересно узнать побольше о быте простых людей в годы войны. Что ели, где учились, как одевались? – рассказывает Ульяна Бурчик, ученица 5 класса школы № 125.

Чтобы ответить на эти вопросы, Ульяне пришлось изучить архив школьного музея «Наследие».

— В сороковые годы прошлого века кто-то из них учился в школе, кто-то трудился на производстве, в колхозах, на лесозаготовках, – продолжает ученица. – После объявления войны мужчин призывного возраста забрали в армию, а женщины, дети и старики остались дома. Именно на женские плечи легла вся работа, да и детям пришлось очень быстро повзрослеть.

Денег у людей практически не было, в основном за работу выдавали продукты питания и товары первой необходимости. Повсеместно выращивали овощи, которые спасали от голода: картошку, тыкву, заготавливали в большом количестве ягоды, грибы. Рыбы ловили много, но не было соли, поэтому ее в основном сушили, а свежую меняли в городе на что-то другое. Из воспоминаний Галины Сафоновой, жительницы Барнаула: «У нас возле дома огород небольшой был, а овощи и картошку на поле весной сажали, возле аэродрома…».

Валентина Марчева, жительница Барнаула, вспоминает:

— Ягоды черемухи сушили и мололи на мельнице ручной, потом из этой муки пекли лепешки. А еще у подружки мама работала на приемке от населения овечьих шкур. Счистят мездру, потом все вытопят и на полученном жире жарят картошку. И мне иногда перепадало. Вкуснее этой картошки со шкварками ничего тогда в мире не было.

Вода – по талонам

В конце 1941 года остро встал жилищный вопрос, так как резко увеличилось количество прибывших в город людей. В семьи подселяли эвакуированных, под жилье приспосабливали амбары, склады, другие вспомогательные помещения. Резко увеличились темпы строительства временного жилья: общежитий, бараков, землянок. Хлеб получали по карточкам: рабочие предприятий – 500-600 г, служащие и иждивенцы – 400 г , дети – 300 г в день.

Ощущался постоянный дефицит в промышленных товарах. Государственная легкая промышленность работала на нужды фронта. Из продукции, изготовленной местной и кооперативной промышленностью, в 1944 году приходилось: одна пара кожаной обуви на семь человек, пара валенок – на четыре человека, один метр хлопчатобумажной ткани, пара чулок и носков – на 10 человек и 215 г хозяйственного мыла – на одного человека. Часть товаров отправлялась в другие регионы. Водопровод и канализация были в рабочем состоянии только в самых важных местах, в первую очередь, в госпиталях. Транспортное сообщение по городу прекратилось. Люди добирались до работы пешком. Больше всего рабочих прибыло с эвакуированными на Алтай котельным заводом и «Трансмашем».

— Мне сложно представить, что в части домов Барнаула не было электричества вообще, – удивляется школьница. – Или давали его на несколько часов в день. И все же, в таких условиях, подростки учились. Не хватало одежды, обуви, часто в письмах и дневниках встречаешь воспоминания, как одну пару валенок носили трое детей в семье, поэтому и в школу ходили по очереди. Тетради делали из старых газет, писали между строк. Или использовали оберточную бумагу, ее аккуратно нарезали на листы и сшивали. Такая тетрадь считалась роскошью.

Не хватало не только еды, но и питьевой воды. Вот что рассказывала Галина Сафонова: «Зимой за водой очередь занимали в три часа ночи. Была колонка в поселке ВРЗ, при ней сторож. Воду начинали выдавать в пять утра. Один талон – ведро воды».

— А вы пили чай из моркови? – спрашивает Ульяна. – Оказывается, этот напиток был довольно распространенным в военные годы. Чтобы узнать его вкус, я провела эксперимент и сделала его самостоятельно дома. Честно, чай из кусочков сухой моркови долго настаивался, в итоге получился приятного оранжевого цвета, сладковатый на вкус.

Одноклассница Ульяны, Полина Калугина, решив продолжить тему изучения быта барнаульцев во время войны, попыталась ответить на самый, казалось бы, простой вопрос – где и как мылись наши земляки, чем стирали белье?

— Тогда для стирки белья и мытья тела использовали раствор щелока, – отмечает юный исследователь. – Баня как сооружение для помывки была редкостью. Вот, к примеру, Алексей Феофанович Загнетин указывал, что в годы войны многие семьи бани свои ломали и сжигали в печках, чтоб обогреть дом. Приходилось на несколько семей содержать одну баню и мыться по очереди и не каждую субботу.

Раиса Преснякова, жительница Барнаула, так вспоминала свой быт: «Мылись мы чаще всего дома, но и ходили в баню в поселке ВРЗ. Баня эта была, пожалуй, самой большой в городе. Билет стоил 50 копеек взрослый и 30 копеек детский. Народу всегда было очень много».

— Тяжелое время выпало на долю наших прадедов и прабабушек, трудно было на фронте и в тылу, но они выжили, – подчеркивает Полина. – Сегодня у нашего поколения есть все, о чем они мечтали, и даже больше, поэтому забывать их подвиг ни в коем случае нельзя.