19 ноября профессиональный праздник отмечают ракетные войска и артиллерия Вооруженных сил России

Ноябрь 19 13:36 2019

Об артиллеристах шутят, что они способны соорудить систему управления огнем батареи из ноутбука и трех КПК.

Полковник запаса Владимир Терёшин.
Фото Андрея Чурилова

О том, как артиллеристы умеют крыть цели многоэтажно и не повторяясь, при этом оставаясь интеллектуалами, что влияет на точность стрельбы по цели, корреспонденту «ВБ» рассказал полковник запаса Владимир Терёшин.

Настоящий восторг

Владимир Терёшин военным мечтал стать с раннего детства: перепоясывал себя «портупеями» из отцовских брючных ремней, просил родителей купить кирзовые сапоги, чтобы идти служить в армию, хотел быть летчиком. А когда увидел в Барнауле суворовца в форме, решение стало окончательным. Но практически перед выпуском из Уссурийского суворовского военного училища ушел с друзьями в самоволку в город за посылкой от родителей и попал в число нарушителей воинской дисциплины. Поэтому желание попасть в Барнаульское летное училище так и осталось желанием. Поехал в Питер, совершенно ничего не зная об артиллерии.

Перед началом учебы в училище для родителей будущих артиллеристов устроили день открытых дверей на полигоне под Лугой: офицеры и курсанты старших курсов дали залп дивизиона из реактивных систем залпового огня «Град». Зрелище, надо сказать, не для слабонервных, когда стреляют из пакета в 40 стволов калибром 122 миллиметра. Снаряды режут воздух, треск и гул стоит сумасшедший, одна реактивная установка накрывает площадь в шесть гектаров, а если одновременно долбят из 18 установок – это взрывы, море огня, вспышки, дым, комья земли, щепки во все стороны… Именно тогда Владимир Павлович и влюбился в артиллерию. Тот, самый первый восторг от мощи «Катюшиного сына» остался с ним навсегда.

— Из нас готовили универсальных специалистов для подразделений наземной артиллерии – и разведчиков, и огневиков. Я учился по специальности «артиллерийская разведка», но также, как и огневики, сдавал выпускной госэкзамен по стрельбе и управлению огнем, – говорит Владимир Терёшин. – По сути, мы осваивали все артиллерийские специальности и за время учебы побывали в шкуре командира орудия, наводчика, заряжающего и зарядного, снарядного и замкового, подносчика боеприпасов. А артразведка – это ползание по полям и лугам на пузе с приборами – дальномерами, квантовыми и стереоскопическими, буссолями, теодолитами, с помощью которых разведчики засекают цели и передают данные на огневую позицию. Не зря огневики в шутку называли нас «кочколазами». После окончания училища оказался в ствольной артиллерии, если по-простому, в огневиках.

Службу начал Владимир Павлович в Киргизии. Его отдельный пулеметно-артиллерийский батальон дислоцировался в городе Нарыне, а район боевого предназначения – за перевалом Торугарт, на границе с Синцзян-Уйгурским автономным районом Китая. Технику в горы везли своим ходом: автоматические минометы грузили на армейский бортовой автомобиль ГАЗ-66, в кабине которого сидели водитель-заряжающий и командир миномета, в кузове – наводчик. Через два года Терёшина назначили командиром минометной батареи и перевели в другую часть, снова на границу с Китаем. А потом было пять лет службы в группе советских войск в Германии.

— Это отдельная история, – говорит Владимир Павлович. – Особенностью службы в Западной группе войск была интенсивная, как нигде, боевая подготовка, а стрельба артиллерии на довольно узких германских полигонах требовала от артиллеристов ювелирной точности, чтобы исключить вылет снарядов за пределы отведенного коридора. Там же все рядышком, не дай бог прилетит кому-то в огород. Ну а все «плановые цели» на территории сопредельной ФРГ нам были известны. Поэтому установки для стрельбы по ним были определены заранее, оставалось ввести поправки на метеоусловия и обозначить конкретную цель. Уверен, что и мы представляли для натовцев такие же «плановые цели». За пять лет службы в самоходно-артиллерийском полку удалось достичь достойных результатов в боевой подготовке и не раз занять призовые места на армейских соревнованиях среди артиллеристов.

Присяга бывает одна

После Германии Терёшин вернулся в Туркестанский округ, продолжил службу на должностях командира дивизиона, начальника службы ракетно-артиллерийского вооружения бригады, начальника штаба артиллерийского полка. Советский Союз в то время уже трещал по швам, и артиллерист в одночасье снова оказался за границей. А остаться служить в чужом государстве, значит, и присягу принимать заново. Но он однажды уже присягал на верность родине, и отказываться от нее не собирался. Нужно было перебираться в Россию, предлагали много вариантов, но в то время тяжело заболел его отец, так что пришлось вернуться в Барнаул.

— К моему сожалению, артиллерийских частей здесь никогда не было, и я получил назначение в военный комиссариат, сначала Железнодорожного района, потом в краевой, позднее возглавил военный комиссариат Рубцовска. Окончил службу заместителем военного комиссара Алтайского края в родном Барнауле. Конечно, после службы в войсках пересесть за бумажки казалось делом довольно скучным и непривлекательным, но на деле служба в военных комиссариатах оказалась не менее интересной, напряженной и ответственной, чем в войсковых частях, – заверяет полковник Терёшин.

Владимир Терёшин: «При определении установок для стрельбы учитывается множество факторов – от погодных условий до поправки на поворот Земли. После всего комплекса подготовки, как правило, дается один пристрелочный выстрел, вводятся поправки, затем очередь – три снаряда беглым, определяется отклонение центра группы разрывов от центра цели, и после введения корректур, построения веера по ширине цели и определения скачка прицела на глубину цели – залп всех орудий батареи».

Автор благодарит за помощь в подготовке материала Барнаульское городское отделение Общероссийской общественной организации ветеранов ВС РФ.