5 ноября профессиональный праздник отметят военные разведчики

Ноябрь 01 15:29 2019

Об этой службе мало знают, еще меньше пишут, поскольку в сферу интересов военной разведки входят региональные и локальные вооруженные конфликты, возможные театры военных действий и многое другое. Накануне праздника корреспондент «Вечернего Барнаула» встретилась с военным разведчиком, майором запаса Вячеславом Тепляковым.

Фото Андрея Чурилова

Знал, куда шел

— Я стал военным по примеру отца – Анатолия Виленовича. Окончил Уссурийское суворовское училище и без экзаменов поступил в единственный военный вуз страны, который готовит разведчиков, – рассказывает Вячеслав Тепляков. – Основы альпинизма, прыжки с парашютом – дневные и ночные, на воду, затяжные, с грузом и специальным снаряжением в гидрокостюме, выживание в любых условиях – это сложно, но интересно. К тому же большинство навыков, которым нас обучали, вполне годятся в мирной жизни: наблюдательность, умение анализировать разрозненные факты, обдумывать не только свои решения, но и их последствия. Это лишь кажется, что военной разведке в мирное время нечего делать. Случиться может всякое, и, чтобы быть готовым собраться и вылететь, выехать или поплыть к месту выполнения задачи, мы постоянно занимаемся боевой, физической и специальной подготовкой. Я знал, куда и зачем шел, поэтому с готовностью окунулся в военную службу отдельного разведывательного батальона третьей мотострелковой дивизии, куда попал по распределению.

После выпуска из военного училища было два года ежедневных занятий с личным составом, когда не красят заборы и убирают территорию, а выезжают на многокилометровые пробеги, осваивают тактическую и разведподготовку, стреляют. И никакой дедовщины: какие могут быть подзатыльники, если завтра, возможно, придется идти вместе в разведку.

— В сентябре 1999 года я в составе разведывательной роты 84 ОРБ был откомандирован в район проведения контртеррористической операции в Чечню. Хаттаб обеспечил талибам проход в Дагестан, что послужило основным поводом для начала второй чеченской кампании, – вспоминает Вячеслав Анатольевич. – Нас доставили в Моздок. Около недели ждали приказа и двинулись в направлении Грозного, где шла настоящая война.

За мужество и героизм, проявленные при выполнении специальных заданий по обеспечению национальной безопасности, более 700 военных разведчиков удостоены званий Героя Советского Союза и Российской Федерации.

Штурм Гикаловских высот

Уже в первую чеченскую войну это был хорошо укрепленный район. Во вторую кампанию инженерные сооружения на Гикаловских высотах разрослись, как щупальца гигантского осьминога. С этих высот Грозный был виден как на ладони, поэтому командование решило расположить здесь дальнобойные орудия. Но сначала нужно было оттуда выбить бандитов.

— Все склоны были буквально нашпигованы минами и растяжками, – возвращается мыслями Вячеслав Тепляков в те горячие дни. – Мы двинулись на штурм ночью, тут бы под ноги смотреть, чтобы не запнуться о растяжку, а нужно подниматься вверх. Заходили по двум направлениям двумя ротами. Штурмовали высоты около недели, были и потери. Нашей задачей было занять высоты и держать до подхода основных сил. Были десятки попыток нас сбросить вниз, но мы в эту землю вцепились зубами. Командир 2-й разведывательной роты Александр Хамитов за эти бои был награжден Звездой Героя. В Грозный так и не вошли, нас направили к Аргунскому ущелью в сторону селения Дуба-Юрт, где, по разведданным, находилась крупная группировка Хаттаба.

Бой у Волчьих ворот

Дуба-Юрт, который издавна прозвали Волчьими воротами, был «договорным» селением: старейшины заверили командование группировки, что жители не помогают бандитам и не допускают их в село. При этом свои отряды самообороны для защиты селения от боевиков иметь разрешалось. Зато боевые действия федеральных войск здесь категорически запрещались. Нарушение условий нашими войсками влекло уголовную ответственность как для лиц, отдавших приказ, так и для непосредственно нарушивших мирное соглашение.

— Мы получили задачу установить контроль над входом в Аргунское ущелье: скрытно подняться на ключевые высоты Волчьих ворот и закрепиться там, а в случае ответного удара боевиков продержаться до подхода основных сил, – вспоминает Вячеслав Анатольевич. – Выдвинулись тремя штурмовыми группами по маршрутам, но 30 декабря одна разведывательная группа попала в засаду, отбить ребят удалось с большим трудом. Как выяснилось позже, боевики прослушивали нашу радиосвязь и знали, куда и кто движется. 31 декабря вторая разведрота получила задачу войти в село, туда ночью с гор спустилось более семи сотен бандитов. Произошла бойня, по разведроте били со всех сторон. Бойцов вытаскивали подразделения обеспечения, так как все боевые выполняли поставленную задачу. Спасибо офицерам, которые, вопреки приказу не вмешиваться, вывели пару танков на прямую наводку. Только благодаря этому получилось отбить роту, вернее то, что от нее осталось. Здесь все продемонстрировали как минимум личное мужество и готовность сражаться до последней капли крови.

Задачу выполнить необходимо

— За полгода, что я провел в Чечне, практически каждый день шли бои, – продолжает разведчик. – О каждом из них можно рассказывать часами. Невозможно выбросить из головы гибель товарищей, порой даже не в бою. Помню, группа спецназа под Малым Харсеноем уничтожила боевиков, и парни сели отдохнуть, а их расстреляли из гранатометов «Шмель» подростки. Не могу забыть и лица бандитов, среди которых чеченцев, к слову, было меньшинство, ударные силы составляли талибы и наемники – выходцы из северных стран. Помню, в рейде сидел в наблюдении и видел, как в стог сена в предгорье, словно в дверь, входили боевики. А когда начали зачистку, оказалось, что эти стога прикрывали разветвленные подземные ходы.

Помолчав, словно задумавшись о чем-то важном, Вячеслав Анатольевич добавляет:

— У меня два сына, старшему уже 15. Захотят мальчишки надеть погоны – препятствовать не буду, но и настаивать тоже. Свой выбор когда-то я сделал сам, о чем не сожалею.

Медалью Суворова Вячеслав Тепляков награжден за штурм одной из безымянных высот. А орден Мужества получил за штурм Малого Харсеноя, где разведчики выбили боевиков из хорошо укрепленного района. В этом бою он был ранен и полтора месяца провел в госпиталях.

Автор благодарит за помощь в подготовке материала Барнаульское городское отделение Общероссийской общественной организации ветеранов ВС РФ.