Градостроитель Мельников: главным делом жизни Анатолия Мельникова был Барнаул

Июль 08 15:04 2019

Продолжение

Горно-Алтайское областное партийное и советское руководство не отказалось от мысли крепче впрячь Мельникова в тяжелый воз местных инженерных проблем. Оно решило по согласованию с крайкомом КПСС и крайисполкомом выдвинуть его депутатом в краевой Совет от Горно-Алтайска. И вот кандидату в депутаты Мельникову дали конкретные наказы, суть которых сводилась к тому, чтобы он активнее способствовал реорганизации комхоза.

Отличительная черта Анатолия Мельникова: во всем, что касалось Барнаула и его жителей, он добирался до самой сути.
Фото из архива «Вечернего Барнаула»

Водоочистка, мосты, гостиницы

Следует сказать, что Анатолий Иванович, будучи начальником ли управления, председателем ли Барнаульского горисполкома, всегда начинал свою работу в любом населенном пункте с изучения того, как его население обеспечено водой: считал хорошее водоснабжение основой культурного городского хозяйства.

Горно-Алтайск обеспечивали водой два водовода. Это было ненадежно. Ключи, из которых они брали воду, были маломощны и могли пересохнуть. В облисполкоме он предложил приступить к проектированию и строительству артезианского водоснабжения. Решение было принято. По заказу возглавляемого Мельниковым управления институт «Гипрокоммунводоканал» разработал проект, и в городе был построен артезианский водозабор со станциями подъема воды и разводящими сетями.

Теперь встала задача канализования и очистки бытовых и ливневых стоков. Проектировщики предложили прокладывать главные коллекторы без насосных станций, с заглублением труб на 8-10 метров. Уже имея опыт в таких делах, начальник управления отверг этот вариант. Как эксплуатировать сети на глубине 8-10 метров, как спускать в колодцы рабочих, если получится засор? Кроме того, при прокладке траншеи на такую глубину ее ширина поверху должна быть 12-15 метров – так придется уничтожить много зелени, даже снести жилые дома!

Мельников настоял на строительстве двух насосных станций перекачки стоков. Объекты были сложные: пришлось проходить с коллекторами высокие грунтовые воды, много ручьев, ключей. Но, применив метод опускания и непрерывного бетонирования «стаканов», специалисты бийского треста № 122 с задачей справились.

Для обезвреживания стоков после полной биологической очистки требовалось использовать хлор. А это очень опасный химический элемент, для перевозки которого нужны специальные емкости, для хранения – специальные хранилища, а для работы – специальные противогазы. К тому же за последние годы в стране произошло несколько техногенных катастроф. Дотошный Анатолий Иванович, ненавидевший русский авось, начал искать выход. В результате по его заказу проектный институт разработал безопасную установку, в которой получали хлор из… поваренной соли. Такие же установки и водоочистительные сооружения, как в Горно-Алтайске, были построены в Бийске, Рубцовске, Новоалтайске. Города получили возможность увеличить жилищное и социальное строительство.

Мельников представлял Горно-Алтайск в краевом Совете два созыва. За это время под его кураторством была спроектирована и построена большая городская котельная, что позволило закрыть множество мелких и дать людям нормальное теплоснабжение и даже горячую воду. Горно-Алтайск был подключен к государственной энергосистеме. По заданию краевого управления ЖКХ московский институт «Гипрокоммунэнерго» выполнил проект электрификации города. Была создана городская электросеть и при ней прорабский участок, протянувший сотни километров ЛЭП.

Помимо этого с помощью депутата и по совместительству начальника краевого управления ЖКХ Мельникова в городе построили три железобетонных моста, четырехэтажную современную гостиницу с рестораном, прачечную, которая вскоре была признана лучшей не только в крае, но и в системе Минкоммунхоза.

Для управления фактически заново созданным городским хозяйством в Горно-Алтайске наряду с управлениями электросети, водоканала, дорожным было создано и городское управление ЖКХ.

Подобная картина наблюдалась по всему краю. По объему оказываемых населению услуг, по вводу жилья край поднялся на пятое место в РСФСР. Численность работников краевого управления ЖКХ в то время достигла 40 тысяч человек, было создано пять новых подразделений: крайгаз, крайэнерго и т.д. Краевое управление было переименовано в главное управление жилищно-коммунального хозяйства. Его начальник был награжден орденами «Знак Почета» и Трудового Красного Знамени.

Но и это были опять только цветочки. Должен был пройти дождь, а потом светить солнце, чтобы завязавшиеся ягоды начали краснеть.

Накопившемуся опыту, знаниям и созревающим замыслам нужно было воплотиться в жизнь.

Для этого нужна была самостоятельность.

И он ее получил.

Было это так. 1972 год. Министр ЖКХ РСФСР С.М. Бутусов предлагает Мельникову пост своего заместителя. В августе на Алтай прилетает Л.И. Брежнев, который, проехав по Барнаулу, роняет: «Такого запущенного областного центра я еще не видел». (Где вы, госпожа Хекинс, почему не слышите эту фразу?) В сентябре на бюро крайкома партии решается вопрос о новом председателе горисполкома. Да, вот так сразу все переплелось. На бюро присутствуют начальники управлений, директора заводов, кое-кого из них прочат на эту должность.

Но эта должность должна быть его, Мельникова. Не потому, что он ее хотел тогда — и не думал даже, а потому, что она была ему предназначена. Потому, что он всю жизнь, может, не осознавая этого, шел к ней. Потому, наконец, что генеральный секретарь ЦК коммунистической партии и буржуазная журналистка не могут думать одинаково по определению, но ведь – парадокс! – думают…

И вот один из кандидатов на должность мэра, директор шинного завода Б.Я. Панов называет фамилию Мельникова. Председатель крайисполкома И.И. Молчанинов – тоже. Аргументы: знает городское хозяйство, инициативен, энергичен.

Деньги по плану

Конечно, в Барнауле не было такого ахового положения, как в Горно-Алтайске и других городах края. Даже от 1950-х годов, в которые Мельников работал заместителем председателя горисполкома, Барнаул далеко ушел. И, действительно, в нем жило почти полмиллиона человек, имелась крупная промышленность, толчок развитию которой дала война: эвакуированные с запада предприятия так и остались в городе. Но вместе с тем городское хозяйство работало на пределе своих возможностей: его с собой заводы не привезли. Барнаул загрязнялся промышленными и бытовыми отходами. Городу не хватало воды – в аварийном состоянии находился единственный речной водозабор, не хватало медицинской помощи – подстанция скорой тоже была одна, не хватало овощей – тепличный совхоз «Спутник» тоже в единственном числе. И так куда ни кинь, везде клин. Стало ясно, что городское управление занималось текущими вопросами, упуская перспективные.

Крайисполком капитальных вложений выделял крайне мало. Посещение министерств, Госплана и Совета министров РСФСР дало отрицательный результат. Руководители министерств вообще-то хотели реконструировать и строить заводы в Барнауле, но опасались, что при слабой строительной базе города сорвут планы их ввода, а при нехватке квалифицированных рабочих не освоят и введенные мощности. Устранить же эту нехватку при страшном дефиците жилья, детских садов, больниц, поликлиник, магазинов, столовых и прочая, и прочая – невозможно. Мельников понимал, что сразу все задачи не решить, что нужно определить для подчиненных приоритеты. Ему они были давно известны: жилье, вода, газ.

Это сейчас все говорят о газе, стараются выказать себя энтузиастами и чуть ли не инициаторами газификации. А тогда даже в пятиэтажках стояли плиты Сущевского, на которых готовили еду – и ничего, жильцы считали это нормальным, хотя и хлопотным делом: нужно было запасать дрова, хранить их в сарайках. Но плохо, что нормальным это считали и краевые власти.

С водой вообще ситуация чуть не вышла из-под контроля. На втором году мельниковского председательства в городе появилась… холера. Решительными мерами пресекли распространение заразы, нашли и ее переносчика, приехавшего в гости из Астрахани, где до этого была вспышка болезни. Вины города в происшествии не было, как не было и блох в кинотеатре «Родина» 20 лет назад, но сточные воды спускали в Пивоварку, Барнаулку и Обь без очистки – это было. И это могло привести к эпидемии.

Нужны были деньги. Много денег. А где их взять? Ввести налог на дым, как делал в подобной ситуации Пётр I, в социалистическом государстве было нельзя. Хотя сбор был бы немалым: дымили не только печи жителей, готовивших обед, но и 120 городских котельных.

Однако в социалистическом государстве можно было запланировать деньги. Правда, для этого следовало принять постановление, причем (и это хорошо понимал Мельников, получивший отказ в краевых и республиканских ведомствах) – на самом высоком уровне.

Казалось бы, куда как просто: напиши заявку, ее включат в план, потом пойдет финансирование… Но надо было на это отважиться.

Мельников отважился. За несколько недель он вместе с председателем плановой комиссии Н.В. Шикуновой, начальником ОКСа Ю.Е. Предеиным, главным архитектором города В.В. Казариновым, специалистами институтов «Промстройпроект», «Ленгипрогор», «Алтайгражданпроект» и Сибирского отделения Академии наук подготовил проект постановления Совета министров СССР «О развитии городского хозяйства г. Барнаула на 1975-1980 гг.» и сопроводительную записку к нему о текущем состоянии этого самого хозяйства.

Подготовка проекта документа – обычное дело чиновника во все времена. И умение его составить ценится высоко. Но почему же я употребил применительно к сложной, но все-таки рутинной работе столь сильное слово «отвага»? Потому что это был не рядовой документ. Начать с того, что он признавал почти катастрофическое положение в городе, а значит, в какой-то степени возлагал ответственность за это и на краевые власти. Захотят ли признать свою вину советские и партийные руководители Алтая? А самое главное – выполнение постановления требовало 500 миллионов рублей («Это 500 миллиардов нынешних», – уверенно «конвертировал» мне Анатолий Иванович), причем потратить их намечалось не на «выплавку чугуна и стали», а на социалку. На такое Москва вряд ли пойдет.

И все эти соображения имели под собой реальную почву. Когда барнаульский градоначальник доберется со своим проектом почти до самого верха, начальник сводного отдела капитальных вложений Госплана СССР (в военное время – заместитель Председателя Совета народных комиссаров СССР И.В. Сталина) М.Г. Первухин удивленно поднимет брови: «Что случилось с Барнаулом – вы же просите полмиллиарда?!».

Первые палки в колеса вставили свои же люди: при рассмотрении проекта в крайисполкоме не оказал ему большой поддержки председатель крайплана И.Н. Хрустев, против высказался заместитель председателя крайисполкома П.М. Веденьёв. Ничего из этой затеи не выйдет, считали они.

С первыми набитыми шишками Мельников пошел к первому секретарю крайкома партии А.В. Георгиеву, от которого зависело, пойдет документ дальше или нет.

Сессия горсовета избрала Анатолия Ивановича Мельникова 43-м градоначальником Барнаула, если считать с первого городского головы Николая Александровича Давидовича-Нащинского, выбранного почти за 100 лет до этого.

Продолжение в следующем номере.

Часть 1: http://info-vb.ru/2019/07/05/gradostroitel-melnikov-glavnym-delom-zhizni-anatoliya-melnikova-byl-barnaul/

Часть 3: http://info-vb.ru/2019/07/09/gradostroitel-melnikov-glavnym-delom-zhizni-anatoliya-melnikova-byl-barnaul-3/

Часть 4: http://info-vb.ru/2019/07/10/gradostroitel-melnikov-glavnym-delom-zhizni-anatoliya-melnikova-byl-barnaul-4/

Юрий Егоров.