Сын лейтенанта Шмидта: золотой голос КВН готовится к концерту в Барнауле

Апрель 05 15:08 2019

Виталия Гасаева вся страна узнала по выступлениям команды КВН «Дети лейтенанта Шмидта». Его до сих пор называют одним из лучших вокалистов «Клуба веселых и находчивых». Но и до КВН у Гасаева были победы в вокальных конкурсах и даже опыт театральной сцены. Сейчас Виталий совмещает выступления «ДЛШ» с сольными концертами – ближайший состоится в Барнауле 6 апреля.

Фото Ярослава Махначёва

Карелин и Джигурда

— Виталий, что нового в твоей творческой жизни? Концерты, песни, альбомы?

— Все, что перечислил. Написано 28 новых песен – это даже не на один альбом, а на два, а то и на три. Запланировано много концертов как в больших городах, например в Новокузнецке, так и в селах и рабочих поселках: Первомайское, Завьялово, Сузун. Сейчас ликвидирую небольшие пробелы в моей работе, стараюсь себя загрузить концертами. Но в итоге не хватает времени сесть в студии и записать вокал. С другой стороны, когда ты новые песни сначала проверишь на зрителях, в студии на записи уже совсем другие эмоции.

— Одна из твоих новых песен – «Российские железные дороги». Это гимн РЖД?

— Нет, это просто рабочее название. С моим соавтором Русланом Глухманом гимн не делали – просто песню о железных дорогах. А как их еще назвать, если они российские? Возьмут ее РЖД себе – ради бога. У каждого артиста есть мечта, чтобы его песню запел народ, пусть она даже финансовых дивидендов приносить не будет. У меня похожее было с песней «Сибирский характер». Это единственное мое произведение, созданное на заказ, – к 60-летию четырехкратного олимпийского чемпиона по биатлону Александра Тихонова. Я написал, заказчики пропали, песня осталась и пошла в народ, хотя я ничего для этого не делал – ни клипов, ни промоушена.

— Тихонов хоть узнал, что эта песня ему?

— Не знаю, наверное. Я с ним незнаком. Из больших спортсменов в свое время общался с Александром Карелиным, он спонсировал нашу кавээновскую команду. Однажды случай был. Мы должны были лететь в Прагу на фестиваль, я вылетал из Новосибирска. Приехал в аэропорт – рейс задерживается. Я решил к друзьям съездить, возвращаюсь – мне говорят, все, посадка закончена. Вот, думаю, попал. Тут выясняется, что задержался ВИП-пассажир, для него подогнали автобус, я бегом туда. Этим пассажиром оказался Карелин, мы с ним вдвоем в пустом автобусе доехали до трапа. С собой у меня была моя кассета, я ему ее подарил. Еще раз с ним близко встретились в Барнауле на турнире «Сила традиций», который он проводил. Мой друг был режиссером открытия и закрытия. Я позвонил, спросил, почему он меня не позвал, – ответил, что денег нет. А я для Карелина и бесплатно готов. В итоге выступил на открытии, за сценой Сан Саныч мне руку пожал. А у него ладонь, как две моих. Я говорю: «Сан Саныч, а жена мне говорит, что я здоровый мужик. Обманывает, получается». Он рассмеялся, пригласил в гримерку.

— Эти знакомства появились благодаря КВН?

— Да, знаешь, приятно, что удалось познакомиться со многими известными людьми, кумирами детства. Александр Розенбаум подарил мне песню, так и называется – «Песнь отрока». На проекте «Секрет успеха» познакомился с Александрой Пахмутовой, которая разрешила мне включить в репертуар песню «Как молоды мы были». С Никитой Высоцким довелось общаться, спрашивал разрешение на исполнение песни «Кони привередливые». Он сказал, что если произведения его отца поют так, как он слышал в моем исполнении, сам готов заплатить, чтобы так пели. С Никитой Джигурдой еще интересно получилось.

— У «Детей лейтенанта Шмидта» была же пародия на него?

— Да. Однажды встретились в Геленджике. У нас был концерт и у него, а столкнулись вечером в магазине. Мы делали номер «Никита Лабуда» – пародия не столько на него, сколько на всех артистов, которые перебирают с патриотическим творчеством: «Я за Русь порвусь – не заштопаешь, за державу повешусь на фикусе». Джигурда меня увидел: «О, привет». Без всякого рыка, нормальный мужик.

— Как он к Никите Лабуде отнесся?

— Порадовался. Нормальный адекватный артист (я и про Джигурду говорю – адекватный) будет только рад, если на него сделают пародию. Если делают, значит, не зря работал.

Пираты и Иуда

— В Интернете в твоей биографии есть информация, что ты занимался футболом, но ни слова о музыке.

— А я ею и не занимался. Мама очень красиво пела. Отца я не помню, мне было три года, когда он умер. Но родственники по его линии говорили, что тоже был поющий и с громким голосом. А я в детстве пел только в школе на уроках музыки. Уже потом, когда появилась возможность заняться классическим вокалом, а эстрадного тогда в Барнауле не было, мне объясняли азы и говорили, что со мной приятно заниматься, от природы голос поставлен. Но это уже было на втором курсе института, когда я играл в «Калейдоскопе».

— А когда появилась группа «Веселый Роджер»?

— Примерно тогда же. Я попал в нее случайно. В Барнауле должен был выступить Александр Малинин, в то время бешено популярный, он у нас трижды собрал Дворец спорта. Организатор придумал фишку: сначала выхожу я, издали похожий на Малинина, пою его песню его голосом, а потом объявляю настоящего артиста. Чтобы я не забыл слова, решили записать «плюс». Записывал в студии, а этажом выше репетировала группа «Веселый Роджер» – они меня услышали и пригласили.

— Что играли?

— Рок-н-ролл, глэм-рок, пиратская тема. В то время я был под влиянием Шевчука, Кинчева, Цоя, веселые пиратские песни исполнять не слишком хотелось, но зато был напор, драйв. Вадик Маркер, наш басист, царствие ему небесной, очень помог в моем первом творческом проекте – шоу «Транзит» в Новосибирске. Он меня всячески настраивал, говорил, что мне нет равных. Потом, когда я выиграл, он моей будущей жене сказал: «Я в шоке, как он смог, он же гора комплексов». Это правда, благодаря сцене я хоть чутьчуть раскрепостился, но до сих пор жутко волнуюсь перед каждым концертом.

— Если бы не «Транзит», ты бы продолжил вокальную карьеру?

— Не люблю слово «карьера». Но, думаю, все равно занимался бы. Тем более в «Калейдоскоп» меня взяли именно с вокальной направленностью. Не было бы «Транзита» – появилось что-то другое, потому что мне часто говорили: зачем тебе с таким голосом ограничиваться только одним театром, перепевками и пародиями. И мне правда уже хотелось, чтобы не только я, но и на меня уже пародии были. Потом Владимир Филимонов, режиссер театра оперетты, пригласил меня в рок-оперу «Иисус Христос – суперзвезда» на роль Иуды. Когда Евгению Гутчину, отвечавшему за музыкальную часть, сказали, что придется работать с человеком, который не знает нот, он за голову схватился. Но уже после второй репетиции мы были друзьями. Я при этом еще старался учиться, в хор ходил. Мне посоветовали обратиться к Марии Ждановой, преподавателю нашего музыкального училища. Она меня пригласила в хор, даже стипендию платили, как студенту. Мария Исааковна, Евгений Гутчин, Вадик Маркер, Александр Полетаев, руководитель «Калейдоскопа», – мои главные учителя. Они мне говорили: не нужен пустой звук, пой так, чтобы в нем были сердце, голова, мурашки бежали. Полетаев наставлял: «Проще всего сыграть Иуду как подлеца. А ты сыграй так, чтобы в него влюбились».

Москва и Барнаул

— Из музыкального наследия «Детей лейтенанта Шмидта» мне больше всего помнится пародия «Как отвратительно в России по утрам». А тебе?

— Да, это было самое знаковое. Текст собирали долго, а последний куплет вообще собрали из шлака – того, что авторы не включили в основное произведение и отдали так, дополнительно. Мне даже самой смешной казалась не первая строчка, а другая – «и что-то левое храпит в постели справа». Первый раз ее спели в Барнауле – зал лежал. Так же было в Новосибирске, Томске. Потом уже в Москве на репетиции ее услышал Александр Масляков и в голос засмеялся – и это уже было все. У него мощнейшее чувство юмора, и если уж его рассмешили, поняли, что зал разорвет.

— После выступления в КВН, побед в конкурсах тебя в Москву звали?

— Кто в шоу-бизнесе будет звать конкурента? Вот дал Розенбаум телефон, сказал: «Звони, приезжай». Если это считается, то да, звали. Но у меня семья, обязанности перед командой – куда я поеду. Да и по натуре не авантюрист. Когда в «Секрете успеха» участвовал, семья наотрез отказалась туда ехать, я метался между Барнаулом и Москвой. Концерты и в столице, и в Питере проходят на ура, люди из других городов приезжают. Но туда так просто не зовут – надо переезжать, мотаться. Этот ритм и стиль жизни должны быть твоими. Не с моим характером прокладывать дорогу в шоу-бизнесе, заискивать перед кем-то.

— А что для артиста, певца, самое сложное здесь, дома?

— Не скурвиться. Много талантливых молодых людей, но их предел – корпоративы и рестораны. Мало кто записывает что-то свое и продвигает, хотя сейчас при наличии Интернета это проще, чем во времена моей молодости. Нужно быть фанатом. А молодежь хочет все сию минуту. Две-три игры в краевой лиге КВН сыграют – все, уже лучшие ведущие на ваш корпоратив. Михаил Герцович, руководитель студклуба политеха, рассказывает: «Талантливые парни с шикарными голосами – а развиваться не хотят. Зачем? Они уже в двух ресторанах работают, заказы на свадьбы получают».

— Тебя на корпоративы зовут?

— Зовут, почему нет. Но сразу говорю – не пою чужое, только свои или чьи-то песни, которые входят и в мой репертуар. Все равно зовут. И знаешь, что интересно: начинаю петь, люди перестают жевать, слушают. Меня это трогает.

— Ты в основном репетируешь дома. Тебе соседи по батарее не стучат?

— Нет. Другое было: как-то с друзьями собрались, я что-то спел, и с верхнего этажа зааплодировали. Друзья очень удивились.

Виталий Гасаев: «Что такое сибирский характер, сказано в песне: у нас лето до пожара, дожди до потопа. Мы живем в таких условиях, где слабый духом человек жить не сможет. Как-то в Москве поселили в гостиницу. Открывается дверь, заходит второй жилец: «О, земляк». Думал, он из Барнаула, оказалось, из Кемерова. Потом подселялись земляки из Омска, Красноярска. И я понял, что мы за Уралом все – земляки. В Москве мне не хватает снега, мороза, честности в общении».