Начинается «Тайфун»…

Февраль 13 17:51 2019

За первые три месяца военных действий войска вермахта, несмотря на все одержанные победы, потерпели серьезную неудачу в попытке с ходу прорваться к Москве.

Фото из сети Интернет

Битва за Смоленск задержала наступление части группы «Центр» на два месяца. Сражения за Киев и под Ленинградом вынудили немецкое командование оттянуть значительные силы с главного направления. Кроме того, цифра боевых потерь настолько превосходила ту, что была заложена гитлеровским руководством в Восточный поход, что дальнейшее наступление без пополнения армий главного удара (на Москву) стало невозможным. Столица СССР оставалась важнейшим стратегическим объектом всей военной кампании, и гитлеровцы были твердо намерены овладеть ею до наступления зимы. Операция по захвату столицы нашего государства получила название «Тайфун».

Подготовка к операции

Операция «Тайфун» была названа фашистским руководством «решающим сражением года». Верховное командование вермахта начало срочное пополнение своих пехотных и танковых соединений. К началу наступления на Москву укомплектованность пехотных дивизий была доведена до 90%, танковых – до 70-100% от штатной численности.

Несмотря на понесенные потери, на всем протяжении советско-германского фронта немцы занимали выгодное оперативно-стратегическое положение и обладали численным перевесом над Крас-ной Армией. По танкам – более чем на 500 машин, по орудиям и минометам – почти на 23 тыс., по самолетам – в два раза. Личный состав вермахта насчитывал 4,3 млн человек, в то время как в Красной Армии было 3 млн 345 тыс. человек.

К концу сентября на московском направлении противник сосредоточил почти 2 млн солдат, 1700 танков и 1390 самолетов. Ставка Верховного главнокомандования принимала меры по созданию глубокой обороны. По партийному призыву в этом приняло участие более 250 тыс. жителей столицы, Московской и соседних областей.

На направлении предполагаемых ударов сил вермахта возводилась система противотанковых рвов и эскарпов, траншей и дзотов. За время, оставшееся перед немецким наступлением, были созданы десятки километров оборонительных укреплений, но из-за нехватки резервов на задуманную глубину оборону возвести не получилось. Кроме того, на уже построенных участках оборонительного рубежа остро не хватало противотанковых средств.

Вдобавок ко всему советскому командованию не удалось определить направление главного удара немцев.

Так, на Западном фронте наши основные силы в ожидании противника были сосредоточены западнее Вязьмы. Но группа «Центр» двумя танковыми группировками ударила в районах Духовщины и Рославля, а на брянском направлении – из района города Шостка, тогда как наши войска оказались сосредоточены у Брянска. Удары всех трех танковых группировок были направлены по сходящимся направлениям к Вязьме.

Уже через три дня танки Гота и Гудериана вышли в тылы 3-й и 13-й армиям Брянского фронта, а западнее Вязьмы – окружили 19-ю и 20-ю армии Западного и 24-ю и 32-ю армии Резервного фронтов. Имея подавляющее превосходство в живой силе и танках на направлении главных ударов, гитлеровцы вторглись вглубь нашей обороны на 15-20, а на отдельных участках фронта – более чем на 30 километров.

3 октября немецкие части, сломив сопротивление наших войск, овладели Орлом и начали продвижение вглубь советской обороны вдоль шоссе Орел — Тула. Навстречу наступавшему противнику был выдвинут 1-й гвардейский стрелковый корпус. В тяжелых боях в районе Мценска и в самом городе части вермахта были остановлены, а 11 октября – выбиты из Мценска.

Можайский рубеж

Но, несмотря на отдельные успехи, сдержать численно превосходящего противника не удавалось. Уже 6 октября немцы заняли Брянск. Армии Брянского фронта под натиском вермахта были оттеснены, разделены на отдельные очаги сопротивления, войсковые коммуникации были перерезаны противником. Успехи немцев на всем протяжении нашей обороны создали к началу октября крайне тяжелую обстановку. Возникла реальная опасность прорыва немецко-фашистских войск к Москве…

Решением Ставки Верховного главнокомандования 5 октября был определен главный рубеж обороны. Им стала Можайская оборонительная линия, проходящая от Волоколамска до Калуги. Сюда были выдвинуты резервы Ставки (орудия больших калибров, танки КВ и Т-34), а также почти весь состав Московского военного округа. Из-под Ленинграда вызван Жуков и назначен командующим Западным фронтом, который был сформирован из немногочисленных войск, избежавших окружения.

В конце октября наступила распутица, существенно замедлившая темп немецкого наступления. Германская Восточная армия к тому времени уже в значительной степени утратила свою мобильность. Большая часть танков и автомобилей была выведена из строя в боях или имела эксплуатационные поломки. В ноябре противник стал испытывать и проблемы с горючим.

Но самым фатальным просчетом немецкого командования было то, что оно не озаботилось заранее подготовкой к осенним дождям и зиме и теперь не имело достаточных ресурсов. В войсках не хватало ни морозоустойчивых масел, ни антифриза, ни зимнего обмундирования. Последнее было заготовлено только для 60 дивизий, которые предполагалось оставить в России после завершения операции «Барбаросса».

Но не генерал Грязь и генерал Мороз стали причиной масштабных неудач гитлеровских войск под Москвой. Вот как описывает в своих послевоенных мемуарах осенние события под Тулой 1941 года генерал Гудериан: «Попытка захватить город с ходу… окончилась полным провалом, причем мы понесли значительные потери в танках и офицерском составе». Оборона Тулы, которую фашисты так и не смогли захватить, обеспечила устойчивость левого крыла Западного фронта на дальних подступах к Москве с южного направления и стабилизировала положение на Брянском фронте.

Первые успехи

В связи с описанными событиями мнения в главном командовании вермахта о судьбе операции «Тайфун» разделились на две крайние точки зрения: одни считали, что нужно закрепиться на достигнутых рубежах, другие требовали продолжать наступление на Москву, несмотря ни на что. А сил для успешного наступления могло и не хватить, особенно – в танках. Германская промышленность была не в состоянии восполнить их безвозвратные потери.

С июня по ноябрь они составили около 2300 танков, а произведено чуть больше 1800. Только в штурмовых орудиях был положительный баланс (295 машин было произведено и только 75 потеряно). Но штурмовые орудия вермахт не использовал для выполнения самостоятельных задач, они были нужны лишь для поддержки пехоты на поле боя.

Но самое главное заключалось не в неожиданных масштабах гитлеровских потерь и неготовности к осенней распутице. Гитлер не принял во внимание предупреждения таких специалистов по России, как Гудериан, Кестринг и других, о прочности советской государственной системы. Она не рухнула, как надеялись в Берлине, после первых месяцев поражений, а материальных ресурсов и людей, готовых встать на защиту своей Родины, оказалось достаточно, чтобы образовать под Москвой новый фронт…

Сама столица готовилась встретить врага, если случится, и на своих улицах. Более 450 тысяч ее жителей, в основном женщин, строили на подступах и в самом городе оборонительные сооружения, устанавливали противотанковые ежи и надолбы, проволочные заграждения. В три смены работали московские предприятия, обеспечивая защитников столицы оружием и боеприпасами. Успешно действовали силы ПВО столицы. Ее обороняло более 700 истребителей, а 1-й корпус генерала Журавлёва имел около 760 зенитных орудий среднего калибра, 350 малокалиберных зениток и 763 прожекторные установки для отражения ночных налетов.

Зенитки средних калибров отражали атаки люфтваффе на подступах к Москве, а артиллерия малого калибра и зенитные пулеметы прикрывали важные объекты (Кремль, вокзалы, электростанции) в самом городе. Немцы совершили в октябре 31 налет на столицу, задействовав для этого около двух тысяч самолетов. Но к Москве прорвалось только 72 из них, а свыше 300 было сбито в московском небе зенитчиками и пилотами истребителей ПВО.

…Первого крупного успеха части Красной Армии добились южнее столицы. 29 ноября был отбит Ростов, а немецкие войска – отброшены за реку Миус. Командования Калининского и Западного фронтов готовили план по окружению группы армий «Центр». Начиналась вторая фаза операции «Тайфун»…

Николай Скорлупин.