Крах операции «Тайфун»

Февраль 13 18:02 2019

Холодная и слякотная осень 1941-го заканчивалась. 15 ноября во всей Московской области выпал (теперь уже окончательно) снег. Мешавшая продвижению не только колесных, но и гусеничных машин грязь замерзла. Войска группы армий «Центр» снова двинулись на Москву.

Парад на Красной площади в ноябре 1941 года.
Фото из сети Интернет

Для возобновления наступления на нашу столицу вермахт развернул 51 дивизию, в том числе 13 танковых и семь моторизованных. Немецкое командование рассчитывало в ходе наступательных боев разгромить фланговые части нашей обороны и окружить Москву.

За неделю до немецкого наступления, 7 ноября, в годовщину Октябрьской революции, в столице состоялся военный парад на Красной площади. Перед трибунами Мавзолея, на которых стояли члены советского правительства вместе с Верховным главнокомандующим Сталиным, прокатились колонны танков и бронемашин, строевым шагом прошли солдаты сибирских дивизий, переброшенных с востока страны для обороны столицы.

Парад имел огромное политическое значение: все в мире поняли, что Советский Союз полон решимости сражаться до конца. (Кстати, известие о параде 7 ноября еще больше укрепило Генеральный штаб Японии в правильности занятой им позиции вооруженного нейтралитета между СССР и Страной восходящего солнца).

Вода, кругом вода

С северо-западного направления немцы начали наступать на Москву 15 ноября, с юго-запада – 18 ноября. После упорных боев войска Красной Армии оставили Клин, Рогачёво и Солнечногорск. К концу ноября части вермахта продвинулись до канала Москва – Волга в районе Яхромы и заняли Красную Поляну (отсюда до Кремля по прямой было всего 32 километра).

Но этот рубеж стал последним, который немецко-фашистские войска сумели занять в ходе наступления на Москву. С приближением врага наши саперы взорвали водоспуски Истринского и Иваньковского водохранилищ (пропустив на свой берег отступающие части РККА). Вода хлынула в южном направлении на развернутые в маршевом порядке вражеские полки. Водяной вал в некоторых местах достигал высоты 2,5 метра, непреодолимая водная преграда образовалась на протяжении более 40 километров.

Вместо преследования советских войск немцам пришлось заняться спасением собственных солдат и техники. Но все попытки закрыть водоспуски ни к чему не привели, и гитлеровцам пришлось свернуть наступление на этом участке фронта.

Ранее уже говорилось, что в военном параде 7 ноября приняли участие свежие воинские части с Дальнего Востока и Сибири. Так вот, только в состав Западного фронта были переданы три общевойсковые армии (1-я ударная, 10-я и 20-я), девять стрелковых и две кавалерийские дивизии, восемь стрелковых и шесть танковых бригад, большое количество специальных подразделений. Замедлившие продвижение к Москве или вовсе остановленные на ее подступах немецкие части внезапно были атакованы свежими силами Красной Армии.

Конец ноября выдался на редкость морозным. Укомплектованные зимним обмундированием только наполовину, потерявшие до трети численного состава в жестоких боях, части армий группы «Центр» с каждым днем все больше утрачивали возможность продолжать наступление. Мощь немецких танковых клиньев стремительно таяла на окровавленном снегу Подмосковья…

Прибывший в ставку командующего группой армий «Центр» фон Бока в Смоленске командующий 2-й танковой армией Гудериан потребовал прекратить наступление на Москву. Он был, пожалуй, первым из всех немецких генералов, который понял, что блицкриг провалился, а затяжную войну с СССР Германии не выиграть, несмотря на все ее военные успехи. Рапорт Гудериана ушел в Берлин, но Гитлер приказал продолжать наступление. 29 ноября уже сам фон Бок доложил начальнику Генштаба немецкой армии Гальдеру, что наступать дальше его войска не могут.

5 декабря войска Калининского (командующий генерал-полковник Конев), а 6 декабря – Западного (командующий генерал армии Жуков) и Юго-Западного (командующий маршал Тимошенко) перешли в масштабное контрнаступление по всей линии соприкосновения с противником.

Контрудар

Но, несмотря на количественное превосходство в живой силе и технике, фашисты не смогли сдержать натиск советских дивизий. Измотанная, обмороженная, с техникой, вмерзающей в грунт, группа армий «Центр» стала разваливаться на глазах. Зимнее бездорожье заставляло немцев бросать в снегу отказавшуюся двигаться технику. Заглохшие танки и тяжелое вооружение оставалось в сугробах, откуда вытащить их не было никакой возможности. А потери от русских пуль и осколков ненамного превышали потери вермахта от русского мороза…

Наконец-то поверивший рапортам командования группы армий «Центр» Гитлер подписывает 8 декабря директиву № 39 о переходе к обороне на всем советско-германском фронте. Но фюрер опоздал. Вермахту было уже не до оборонительных действий: немецкие войска под ударами наших частей и соединений стремительно откатывались назад. Немногочисленные очаги сопротивления, которые немцам иногда удавалось организовать на пути наступления Красной Армии, не могли сдержать ее натиска.

16 декабря Гитлер издает новый приказ, в котором группе армий «Центр» ставилась задача, стянув все имеющиеся в наличии резервы, ликвидировать прорыв и, удерживая оборону, приостановить отступление. Однако никакие приказы и распоряжения из Берлина не могли изменить положения, в которое гитлеровцы попали в результате зимнего наступления наших войск. Десятки тысяч немецких солдат погибали в боях, умирали от обморожения, сдавались в плен. В конце концов Гитлер был вынужден отдать приказ на отвод еще уцелевших войск и техники.

В течение всего декабря 1941 года Красная Армия громила врага. Призрак панического отступления армии Наполеона, происходившего 130 лет назад на этих же заснеженных просторах, встал над группой армий «Центр». Московское контрнаступление в ходе его проведения разделилось на восемь отдельных фронтовых наступательных операций: Калининскую, Клинско-Солнечногорскую, Тульскую, Калужскую, Елецкую, Торопецко-Холмскую, Ржевско-Вяземскую и Болховскую.

На отдельных участках фронта наши войска отбросили противника на 100-250 километров в западном направлении, а на Юго-Западном фронте глубина прорыва на некоторых участках достигала 400 километров.

Пишут генералы

Вот что писал в своих воспоминаниях о тех днях командующий 2-й танковой армией генерал Гудериан: «Наступление на Москву провалилось. Все жертвы и усилия наших доблестных войск оказались напрасными. Мы потерпели серьезное поражение, которое из-за упрямства Верховного командования привело в ближайшие недели к роковым последствиям…

В немецком наступлении наступил кризис, силы и моральный дух немецкой армии были надломлены». Еще более суровую оценку разгрому под Москвой дал немецкий генерал Блюменстрит: «Это был поворотный пункт нашей восточной кампании – надежды вывести Россию из войны в 1941 году провалились в самую последнюю минуту… Дни блицкрига канули в прошлое. Нам противостоит армия, по своим боевым качествам намного превосходящая все другие армии, с которыми нам когда-либо приходилось встречаться на поле боя».

Впервые за два года Второй мировой войны немецкие вооруженные силы потерпели столь сокрушительное поражение. 18 декабря фон Бок был смещен с поста командующего группой армий «Центр», а вместо него был назначен фон Клюге. Но смена руководства немецко-фашистских войск уже не могла повлиять на дальнейший ход событий.

Отброшенные от Москвы части вермахта смогли остановиться лишь тогда, когда наступательный порыв Красной Армии угас в сотнях боев на сотнях километров Московской и соседних областей. К началу 1942 года наступление было остановлено. Ставка приступила к разработке плана по дальнейшим действиям на всех фронтах с учетом результатов Московской наступательной операции.

Но, несмотря на первую серьезную неудачу, немецко-фашистские войска оставались грозным и умелым противником. Пройдет всего три месяца, и они докажут это под Харьковом…

К началу контрнаступления под Москвой в РККА насчитывалось 1 100 000 личного состава, свыше 7650 орудий и минометов, 774 танка (из них 222 – КВ и Т-34) и около 1000 боевых самолетов. Группа армии «Центр» уступала только по количеству самолетов – 615. В остальном противник превосходил наши части: 1 708 000 солдат и офицеров, около 13 500 орудий и минометов, 1170 исправных танков.

Николай Скорлупин.