Наш южный сосед

Июль 30 15:08 2018

Бикатунский острог – будущий город Бийск – был разорен джунгарами летом 1710 года, ровно через год после закладки этого русского форпоста на юге Западной Сибири. Все потому, что заложен он был на землях, принадлежащих Джунгарскому царству…

Фото из сети Интернет

Между Русью и Китаем

Джунгарское царство, а правильнее – ханство, поскольку образовано было западными монголами-ойратами, возникло в этих местах в 30-х годах XVII века. Четыре ойратских племени – зюнгары, дербеты, торгуты и кошуты – создали на западе Монголии государственное образование, известное в научном мире как Джунгария. Вся вторая половина XVII века – бесконечная череда конфликтов между администрацией русских сибирских городов и правителями Джунгарии.

Представляя картину тогдашних взаимоотношений между Россией и этим полукочевым государством, надо вспомнить, что географически Джунгария располагалась как раз между маньчжурским Китаем и стремительно осваиваемой русскими Сибирью. Правители Джунгарии в своей внешней политике выбрали худший из возможных вариантов – военное противостояние сразу и русским, и китайцам.

В отношении Русского государства такое еще можно было понять: территории Сибири только осваиваются, собственно русских мало, гарнизоны немногочисленных городов и острогов не способны противостоять крупным военным формированиям противника. Но совсем по-другому обстоят дела в Китае.

Маньчжурское войско – сильнейшее в регионе, достаточно развита инфраструктура, население исчисляется миллионами жителей. И тем не менее правители Джунгарии ведут откровенно враждебные действия: препятствуют налаживанию торговых связей Китая с Русским государством. Нападению джунгар подвергаются караваны, идущие с обеих сторон, блокируются короткие торговые пути. Русские власти вынужденно ищут обходные маршруты севернее и восточнее Джунгарии, китайцы усиливают охрану караванных путей, проходящих по их территории.

Джунгаро-китайские войны

По мере усиления к началу XVIII века позиций русских в Сибири тактика военного противостояния на наших южных границах начинает меняться. Теперь на первый план выходит идея любыми способами заставить джунгарские власти принять русское подданство. Лучше всего, разумеется, это сделать, одержав над южным соседом военную победу. Но Русское государство не ведет с Джунгарией полномасштабной войны…

Зато такую войну ведут между собой Китай и Джунгария. Для Империи Цин (так звали тогда Китай) первая четверть XVIII века выдалась в военном отношении весьма неудачной. И если на стыке XVII–XVIII веков вооруженное противостояние между джунгарами и китайцами было вялотекущим, ограничивавшимся локальными стычками на рубежах, то в 1715 году картина изменилась.

Старший сын джунгарского правителя хан Галдан-Цэрэн с крупным отрядом вторгается на территорию Поднебесной и после успешных боев с войсками богдыхана захватывает провинцию Хами. Летом 1716-го джунгары вторгаются в Тибет и захватывают его столицу Лхасу. Обеспокоенное военными успехами Джунгарии маньчжурское командование в 1717 году предпринимает попытку вытеснить джунгар из Тибета, однако получает сокрушительный отпор в районе высокогорного городка Нагчу. Лишь три года спустякитайцам удается с большими потерями вытеснить джунгар из Тибета. Но все сражения на территории самой Джунгарии войска Империи Цин проигрывают одно за другим. Наступило шаткое военное равновесие…

Экспансия

Мало кто знает, что город Омск в большой мере обязан своему существованию военному конфликту между джунгарским войском и экспедиционным отрядом подполковника Ивана Бухгольца. Посланный «…для строения крепостей при реке Иртыш…» отряд был разгромлен джунгарами в нескольких боях в январе-феврале 1716 года и отступил на русскую территорию, потеряв 2300 человек убитыми и пленными. Вместо пяти предполагаемых крепостей на границе с Джунгарией была построена всего одна – Омская, ставшая впоследствии городом Омском.

Несмотря на кровопролитные стычки, происходившие на русско-джунгарских рубежах в течение многих лет, Русское государство никогда не находилось с Джунгарией в состоянии официально объявленной войны. Пограничные конфликты то вспыхивали, то угасали, не переходя в большую войну, в отличие от противостояния Джунгарии с Цинской империей. Вот там велись полномасштабные боевые действия на территориях, исчислявшихся сотнями тысяч квадратных километров. Основная причина всех этих сражений заключалась в желании джунгарской знати присоединить земли Халхи (Северной Монголии) к собственной территории.

Однако у богдыхана Китая не было ни малейшего желания уступать Джунгарии земли, которые он считал своими. И хотя в этой долгой войне успех чаще был на стороне джунгар, император Юнчжэн не сомневался, что все неудачи – временные и что полная победа – не за горами…

Джунгарская верхушка, наоборот, была убеждена в собственной победе над Поднебесной. И, надо признать, у нее к этому были все основания. Ведь всего каких-то 30-35 лет тому назад войска хана Галдана-Бошогту покорили весь Восточный Туркестан, Кашгарию, разорили Ферганскую долину. Его последователь Цэван-Рабдан вел многочисленные победоносные войны с казахами, заставив их откочевать далеко на запад. Его армия доходила до Сырдарьи и Ташкента. Да и в 20-е годы XVIII столетия все походы джунгар в Центральную Азию неизменноувенчивались успехом. Зависимость от Джунгарии признали Ходжент и Самарканд, а казахи уступили ей обширные земли в Семиречье.

Россия как посредник

Царское правительство не было заинтересовано в непрекращающихся военных действиях между казахами и джунгарами. Несмотря на такую очевидную выгоду от этой войны, как взаимное ослабление противников, оставалась большая вероятность, что победитель (Джунгария) сможет объединить бывших врагов в союз, представляющий серьезную угрозу интересам России в Сибири. Не дать Джунгарскому ханству усилиться за счет поглощения соседних народов стало основной задачей русских властей на тот период. Эта политика правительства исходила из защиты, в первую очередь Сибири, ее населения и ее богатств.

Идеальным выходом из сложившейся ситуации, как уже говорилось выше, было бы принятие Джунгарией российского подданства. В крайнем случае – оформить отношения между государствами как добрососедские. Ведь Джунгария рассматривалась Россией теперь как противовес маньчжурскому Китаю, поскольку она была существенным заслоном против его экспансии в этом обширном регионе Азиатского материка. В свою очередь, Цинская империя рассматривала Россию как союзника в войне с джунгарами. Китайские дипломаты неоднократно делали попытки склонить русских на свою сторону (в частности, уговорить их двинуть против джунгар калмыкские войска), но царь и Сенат не спешили с обещанием помощи Китаю в этом вопросе. Дальше переговоров дело так и не пошло…

Что же касается позиции правителей самой Джунгарии, то она в огромной степени определялась ее успехами в военной области на каждом временном отрезке. Терпят поражение за поражением джунгарские войска – и хан стремится заручиться военной поддержкой России, и даже обсуждается вопрос о принятии российского подданства (как было, например, в 1720 году). Но как только угроза разгрома уходила, маньчжурское давление ослабевало – вновь обострялись русско-джунгарские противоречия.

…В сложившемся политическом треугольнике Китай – Россия – Джунгария Россия имела наиболее выгодное положение. Оба ее стратегических противника на южных границах вынуждены были искать союза с русскими. Теперь уже невозможно узнать – удаленность от столицы, непрофессионализм русских дипломатов или были еще какие-то объективные причины, но, к великому сожалению, существенных выгод от этого Россия не получила. Но об этом – в следующей статье цикла.

Николай Скорлупин.